Читаем без скачивания Свидание с Рамой [Город и звезды. Свидание с Рамой] - Артур Кларк

Во второй раз с тех пор, как он покинул Диаспар, Олвин пожалел, что он не дома. Затем он сообразил, что идти навстречу приключению с таким настроением не годится, и медленным шагом, но решительно, направился к озеру.

Существо, которое появилось из темной воды, выглядело, как чудовищная, выполненная из живой материи, пародия на робота, по-прежнему молча и очень пристально разглядывающая их. Расположение глаз в вершинах равностороннего треугольника — как и у парящего робота — никак не могло быть совпадением. То же можно было сказать и о щупальцах, и о маленьких суставчатых конечностях. На этом, однако, сходство заканчивалось. У робота не было — они ему, очевидно, просто не требовались — нежных перьев какой-то бахромы, которая в однообразном ритме била по воде, не было великого множества ног, похожих на обрубки, не было и вентиляционных отверстий, которые с натугой сипели в разреженном воздухе.

Большая часть этого существа оставалась в воде. Только головные десять футов или около того проникли в среду, которая, похоже, была для животного враждебной. Все существо имело в длину футов пятьдесят, и даже человек, совершенно незнакомый с биологией, мог бы догадаться, что с ним что-то неладно. Для облика существа был характерен налет импровизационного — и не слишком поэтому удачного — конструирования, как если бы части его тела лепили без особых раздумий и приставляли одну к другой по мере того, как в этом возникала необходимость.

Несмотря на устрашающие размеры существа и свои первоначальные сомнения, ни Олвин, ни Хилвар ничуть не встревожились, едва разглядели получше этого обитателя озера. Животное было как-то трогательно неловко, и эта неловкость не позволяла считать его серьезной угрозой, даже если бы и возникли подозрения, что оно может оказаться опасным. Люди давным-давно преодолели детский ужас перед тем, что выглядело ни на что не похожим. Этот страх просто не мог выжить после первого же контакта с дружественными внеземными цивилизациями.

— Дай-ка, я с ним пообщаюсь, — тихонько сказал Хилвар. — Я привык обращаться с животными.

— Но ведь это не животное, — прошептал в ответ Олвинг. — Я убежден, что оно разумно, а этот робот принадлежит ему…

— Может случиться, что как раз оно-то и принадлежит роботу. Во всяком случае, у него какие-то странные умственные способности. Я все еще не могу обнаружить ни малейшего признака мышления… Эй! Что это делается?..

Чудовище ни на йоту не переменило своего положения у кромки воды, хотя поддерживало оно его, похоже, из последних сил. Но в центре треугольника, образованного глазами, начала формироваться полупрозрачная мембрана — она пульсировала, трепетала и в конце концов стала издавать вполне различимые звуки. Это было низкое глухое уханье, никаких слов разобрать было невозможно, хотя ясно было, что неведомое существо пытается что-то сказать. Было больно наблюдать эту отчаянную попытку вступить в контакт. Несколько минут существо понапрасну пыталось добиться какого-нибудь эффекта. Внезапно оно, видимо, осознало, что совершает ошибку. Пульсирующая мембрана уменьшилась в размерах, а издаваемые ею звуки поднялись в тоне на несколько октав, пока не уложились в звуковой спектр нормальной человеческой речи. Стало формироваться что-то похожее на слова, хотя они все еще перемежались невразумительным бормотанием.

Хилвар пытался помочь всем, что было в его силах.

— Теперь мы можем вас понимать, — произнес он, медленно и раздельно выговаривая слова. — Чем мы можем быть вам полезны? Мы заметили свет, который вы произвели. Он и привел нас сюда из Лиза.

При слове «Лиз» существо как-то поникло — как если бы оно испытало жесточайшее разочарование.

— «Лиз», — повторило оно. Звук «з» вышел у него слишком удачным, и слово прозвучало больше похожим на «Лид». — Всегда из Лиза… А больше никто сюда не приходит… Мы называем их Великими, но они не слышат…

— Кто это — Великие? — спросил Олвин, живо подавшись вперед.

Нежные, безостановочно двигающиеся щупальца рывком взметнулись к небу.

— Великие… — повторило существо. — С планет Вечного Дня… Они придут… Мастер обещал нам…

Ситуацию это ничуть не прояснило. Прежде чем Олвин смог продолжать свой допрос, Хилвар вмешался снова. Вопросы, которые он задавал, были так терпеливы, он говорил с таким участием и в то же время с такой настойчивостью и убедительностью, что Олвин решил ни в коем случае не прерывать его, хотя его так и подмывало вступить в разговор.

Существо, похоже, откликнулось. Его речь стала более разборчивой, и если сначала это странное создание отвечало столь кратко, что выходило это чуть ли не грубо, то, по мере того, как развивалась беседа, оно стало отвечать на вопросы более подробно и даже само сообщало какую-то информацию, о которой его и не просили.

Хилвар терпеливо, по кусочкам, складывал мозаику невероятной истории, и Олвин совсем потерял ощущение времени. Всей правды они выяснить так и не смогли — для догадок и предположений оставалось места сколько угодно.

По мере того, как существо все более и более охотно отвечало на вопросы, его внешний вид начал меняться. Оно сползло обратно в озеро и его ноги-чурбачки, казалось, растворились в теле.

Внезапно произошла вещь еще более невероятная: три огромных глаза медленно закрылись, стянулись в крохотные точки и бесследно исчезли. Выглядело это так, словно существо увидело все, что ему хотелось увидеть, и теперь глаза ему стали просто не нужны.

Олвин никак не мог поверить, что разум может существовать в такой нестабильной оболочке, однако впереди его ждал сюрприз еще больший. Было очевидно, их собеседник — внеземного происхождения, но прошло некоторое время, прежде чем даже Хилвар с его куда более обширными познаниями в биологии уразумел, с каким типом организма они имеют дело. В течение всей беседы существо называло себя «мы», и, в сущности, это и была целая колония независимых существ, организованных и контролируемых неизвестными силами.

Олвину суждено было никогда не забыть этой необычайной встречи и того, как Хилвар медленно реконструировал историю Мастера, в то время как изменчивый полип судорожно искал полузабытые слова, а темное озеро плескалось о руины Шалмирейна и трехглазый робот не мигая наблюдал за происходящим.

13

…Мастер вынырнул на Земле в хаосе Переходных Столетий, когда Галактическое сообщество уже рушилось, но маршруты, связывающие звезды, еще не были прерваны окончательно. Был он человеческого происхождения, хотя дом его находился на планете, кружащейся вокруг одного из Семи Солнц. Еще в ранней молодости он был вынужден покинуть родной ему мир. Причиной изгнания он считал происки врагов, но истина состояла в том, что он страдал от неизлечимой болезни, которая, похоже, из всех носителей разума во Вселенной поражала только представителей гомо сапиенс. Эта позорная болезнь была религиозной манией.